Вьетнам

Отличить китайца от вьетнамца не так уж и сложно: в китайском языке 4 тона, во вьетнамском 6. Но если китаец и вьетнамец молчат?

До Нячанга добрались. 10 часов полета – это круто, да еще ночь, да еще время сдвинулось. По часам тут разница в 4 часа (это наш Новосибирск), хотя долгота, вроде, Иркутска, то есть по солнцу часов 5 разницы. Привыкаем пока с трудом.

Удивительно, но тут очень мало птиц. Попадаются отдельные воробьи (десяток), судя по пятнам на щеках – полевые. Еще видел ласточек в небе. Или кого-то похожего. Голуби, вороны, чайки – отсутствуют как класс. Никакой экзотики тоже нет. Насекомых тоже нет, если не считать мух, в количестве не превышающем количество воробьев. Были пара ящерок на стенах, наверное, геккончики. Растительности, похоже, тоже нет. Зато есть вьетнамцы. Их много, они прикольные и они в основном на мотоциклах. Про дорожное движение тут отдельный пост надо делать. Правила перехода улицы тут очень простые: никаких правил, просто подумай, надо ли тебе на другую сторону.

Как-то так…

Вьетнам

Я не сумел отвертеться и уже в выходные мне светит Вьетнам.
До музеев я могу и не доехать из Нячанга-то, хотя попробую. Поэтому придется переквалифицироваться на съемку птичек, насекомых, земноводно пресмыкающихся и вьетнамцев.
На что обратить внимание? Ну, птицы, они сами обратят внимание, тут уж что прилетело, то прилетело. Хотя, а что там в обыкновении? Наши воробьи, как и везде?
А про растения и вьетнамцев кто-то что-то может сказать?

Понравившийся рассказик

Прошу прощения, что на резиночки не ответил. Спасибо всем, надеюсь, еще вернусь. Просто немного не до этого было.

Параллельно сужу БД.

Надо же - попался рассказик, который понравился безотносительно к конкурсу

А. Воронов. Земная жизнь Юрия Столбова

http://budclub.ru/w/woronow_a/9fjf.shtml

Всякое

А вот резиночки же вроде как недавно появились.
Значит ли это, что такая прическа как "хвостики" появилась совсем недавно? И в начале XIX вв. ее не было?

Лицом к будущему. Искусство Европы 1945 – 1968

Сегодня покажу картинки с еще одной выставки в ГМИИ имени Пушкина, увы, тоже завершившейся. Выставка проходила в главном здании музея, занимала несколько залов. Проект совместный с центрами искусств в Брюсселе и Карлсруэ, в этих городах выставки уже проходили. Это «взгляд на послевоенное искусство и культуру Западной и Восточной Европы как на единый художественный ландшафт, созданный усилиями мастеров разных стран, к каким бы политическим лагерям они ни относились». Так было написано на страничке выставки на сайте музея.

Наш послевоенный соцреализм представлял Дейнека, его картина, по-моему, была чуть ли не заглавной, показывалась на плакатах. Я рассчитывал, что соцреализма будет больше, но, фактически, картина Дейнеки осталась единственной. Кстати, это эскиз мозаики, с четкими, почти плакатными линиями, чем немного перекликается с висевшей рядом картиной Леже из собственно самого ГМИИ.

Некоторые экспонаты сфотографировать было просто невозможно, потому что в 60-е годы уже появился акционизм, и на выставке представляли кино, показывающее как проходили эти акции. Точнее, даже «кина», на отдельных мониторах, висящих на стенах как картины. Вроде бы никто ничего гвоздями не прибивал, но что-то в таком духе было. И как это сфотографировать?! Да даже представленную ниже (№ 7) работу Ивараля сфотографировать трудно. Ивараль – представитель ОптАрта. Эти художники играли скорее на оптических иллюзиях (самый известный представитель – Эшер, но и работы Вазарели, отца Ивараля, наверняка все встречали). На выставке работа давала очень интересный муаровый эффект, который менялся в зависимости от угла, под которым смотришь на картину, расстояния до нее. Так что при движении перед работой и впечатление менялось. Я поэтому еще и фотографию сбоку привожу, а то непонятно, как же это сделано.

Мне на выставке интересно было посмотреть, как менялся язык европейских художников. От более-менее фигуративного к практически чистому знаку. Прометей в работе Герхарда Маркса (№ 6) – это все-таки человек, о котором говорит его тело, его поза, пусть он и воспринимается в полном объеме только если представлять контекст спора с нацистским искусством (то есть, не прочитав табличку, произведение можно и не понять). А вот уже Битва за Англию Нэша (№ 5) – это уже больше именно знак. Попытка визуализировать представление о понятии «Битва за Англию» (это уже моя интерпретация, табличка на выставке была не развернутой).

Баррикада Юнкера (№ 8), по всей видимости, как-то соотносилась с выступлениями конца 1960-х. Студенческие волнения или что-то в таком духе. Но на табличке ничего не написано, знак отрывается от своего контекста, есть только заголовок, собственно название: «Баррикада». Все – произведение ушло в свободное плавание. (Вот мне интересно, а частной коллекции, из которой привезли Баррикаду на выставку, произведение в собранном виде хранится?) Может ли иероглиф существовать сам по себе? Но все-таки Баррикада многозначна. Гвозди неожиданны, они торчком становятся в голове и этим интересны. А что можно сказать о Вокзале Монпарнас (№ 9)? Не, я что-то могу, конечно, придумать, и как-то это проинтерпретировать, но можно ли будет о моем высказывании о картине сказать: правильно я подумал или нет? Или про Вокзал Монпарнас можно сказать что угодно?

А вот у первого произведения с красками проблема (для меня) – другая. Тут наоборот – все как-то однозначно воспринимается. Есть заголовок и собственно картина становится как бы буквой из этого заголовка. Ну, хорошо, не буквой а словом. Придумал писатель окказионализм или неологизм – и вставил в текст заголовка. Мы видим коробку с красками, не конкретно эту, а вообще любую, вон у Младшего несколько есть. И понимаем, что это для будущих шедевров. Нам берут какую-то произвольную вещь, говорят про нее что-то, что в общем-то не является откровением, и это становится произведением искусства. Самое интересное, что вот эта работа Тимма Ульрихса мне нравится. Она забавная и прикольная. И даже, несмотря на банальность, неожиданная. Я недаром ее на первое место вытащил и в этом посте и в альбоме на Яндекс.Фотках, посвященном выставке. Но это касается этой работы.

А так создается ощущение, что роман обрезается до заголовка.

Самое интересное, что Черный квадрат Малевича и вообще Супрематизм – это совсем другое. Это даже не язык, это философия. Утверждение, что весь мир сворачивается в точку (черный квадрат) и из нее же разворачивается. Что потом Супрематизм и делал. Не обрезание, а сворачивание целого. «Электрон также неисчерпаем, как и атом» и так далее.

А Кандинского я плохо знаю 

Collapse )