Вьетнам

Я не сумел отвертеться и уже в выходные мне светит Вьетнам.
До музеев я могу и не доехать из Нячанга-то, хотя попробую. Поэтому придется переквалифицироваться на съемку птичек, насекомых, земноводно пресмыкающихся и вьетнамцев.
На что обратить внимание? Ну, птицы, они сами обратят внимание, тут уж что прилетело, то прилетело. Хотя, а что там в обыкновении? Наши воробьи, как и везде?
А про растения и вьетнамцев кто-то что-то может сказать?

Понравившийся рассказик

Прошу прощения, что на резиночки не ответил. Спасибо всем, надеюсь, еще вернусь. Просто немного не до этого было.

Параллельно сужу БД.

Надо же - попался рассказик, который понравился безотносительно к конкурсу

А. Воронов. Земная жизнь Юрия Столбова

http://budclub.ru/w/woronow_a/9fjf.shtml

Всякое

А вот резиночки же вроде как недавно появились.
Значит ли это, что такая прическа как "хвостики" появилась совсем недавно? И в начале XIX вв. ее не было?

Лицом к будущему. Искусство Европы 1945 – 1968

Сегодня покажу картинки с еще одной выставки в ГМИИ имени Пушкина, увы, тоже завершившейся. Выставка проходила в главном здании музея, занимала несколько залов. Проект совместный с центрами искусств в Брюсселе и Карлсруэ, в этих городах выставки уже проходили. Это «взгляд на послевоенное искусство и культуру Западной и Восточной Европы как на единый художественный ландшафт, созданный усилиями мастеров разных стран, к каким бы политическим лагерям они ни относились». Так было написано на страничке выставки на сайте музея.

Наш послевоенный соцреализм представлял Дейнека, его картина, по-моему, была чуть ли не заглавной, показывалась на плакатах. Я рассчитывал, что соцреализма будет больше, но, фактически, картина Дейнеки осталась единственной. Кстати, это эскиз мозаики, с четкими, почти плакатными линиями, чем немного перекликается с висевшей рядом картиной Леже из собственно самого ГМИИ.

Некоторые экспонаты сфотографировать было просто невозможно, потому что в 60-е годы уже появился акционизм, и на выставке представляли кино, показывающее как проходили эти акции. Точнее, даже «кина», на отдельных мониторах, висящих на стенах как картины. Вроде бы никто ничего гвоздями не прибивал, но что-то в таком духе было. И как это сфотографировать?! Да даже представленную ниже (№ 7) работу Ивараля сфотографировать трудно. Ивараль – представитель ОптАрта. Эти художники играли скорее на оптических иллюзиях (самый известный представитель – Эшер, но и работы Вазарели, отца Ивараля, наверняка все встречали). На выставке работа давала очень интересный муаровый эффект, который менялся в зависимости от угла, под которым смотришь на картину, расстояния до нее. Так что при движении перед работой и впечатление менялось. Я поэтому еще и фотографию сбоку привожу, а то непонятно, как же это сделано.

Мне на выставке интересно было посмотреть, как менялся язык европейских художников. От более-менее фигуративного к практически чистому знаку. Прометей в работе Герхарда Маркса (№ 6) – это все-таки человек, о котором говорит его тело, его поза, пусть он и воспринимается в полном объеме только если представлять контекст спора с нацистским искусством (то есть, не прочитав табличку, произведение можно и не понять). А вот уже Битва за Англию Нэша (№ 5) – это уже больше именно знак. Попытка визуализировать представление о понятии «Битва за Англию» (это уже моя интерпретация, табличка на выставке была не развернутой).

Баррикада Юнкера (№ 8), по всей видимости, как-то соотносилась с выступлениями конца 1960-х. Студенческие волнения или что-то в таком духе. Но на табличке ничего не написано, знак отрывается от своего контекста, есть только заголовок, собственно название: «Баррикада». Все – произведение ушло в свободное плавание. (Вот мне интересно, а частной коллекции, из которой привезли Баррикаду на выставку, произведение в собранном виде хранится?) Может ли иероглиф существовать сам по себе? Но все-таки Баррикада многозначна. Гвозди неожиданны, они торчком становятся в голове и этим интересны. А что можно сказать о Вокзале Монпарнас (№ 9)? Не, я что-то могу, конечно, придумать, и как-то это проинтерпретировать, но можно ли будет о моем высказывании о картине сказать: правильно я подумал или нет? Или про Вокзал Монпарнас можно сказать что угодно?

А вот у первого произведения с красками проблема (для меня) – другая. Тут наоборот – все как-то однозначно воспринимается. Есть заголовок и собственно картина становится как бы буквой из этого заголовка. Ну, хорошо, не буквой а словом. Придумал писатель окказионализм или неологизм – и вставил в текст заголовка. Мы видим коробку с красками, не конкретно эту, а вообще любую, вон у Младшего несколько есть. И понимаем, что это для будущих шедевров. Нам берут какую-то произвольную вещь, говорят про нее что-то, что в общем-то не является откровением, и это становится произведением искусства. Самое интересное, что вот эта работа Тимма Ульрихса мне нравится. Она забавная и прикольная. И даже, несмотря на банальность, неожиданная. Я недаром ее на первое место вытащил и в этом посте и в альбоме на Яндекс.Фотках, посвященном выставке. Но это касается этой работы.

А так создается ощущение, что роман обрезается до заголовка.

Самое интересное, что Черный квадрат Малевича и вообще Супрематизм – это совсем другое. Это даже не язык, это философия. Утверждение, что весь мир сворачивается в точку (черный квадрат) и из нее же разворачивается. Что потом Супрематизм и делал. Не обрезание, а сворачивание целого. «Электрон также неисчерпаем, как и атом» и так далее.

А Кандинского я плохо знаю 

Collapse )

11.0. Ян Матейко. Станчик. 1862

На предыдущий пост о Польше: Музей промышленности и технологий в Варшаве

Пора переходить к польскому искусству и художественным музеям. Тема огромная, совершенно новая для меня.

Перед поездкой в Польшу я искал в Интернете информацию о польской живописи, чтобы хоть знать на что следует обратить внимание при посещении музеев. «Станчик» еще тогда как-то пролез в центр внимания, да так в нем и остался. Разве что картина оказалась несколько темнее по колориту, чем ожидалась. По картине есть хорошая заметка в ЖЖ от Николая Эйхвальда. Потом я дам на нее ссылку.

Для меня картина – она даже не о том, что там нарисовано (написано). Она, во-первых, о том, о чем я уже писал: о том что наши и польская истории почти полностью противоположны. Что для одних радость, для других горе. Полное название картины (цитирую по заметке Эйхвальда, на музейной табличке просто «Станчик») «Станчик при дворе королевы Боны после взятия Смоленска». Шут польского короля грустит о потере важной крепости ЕГО страны. А ты смотришь на это название и совершенно не понимаешь этого, почему Смоленск польский город? Если не был в Смоленске (я был), то тем более не понимаешь. Василий III вернул Смоленск, а потом будет героическая оборона Смоленска о поляков, а потом битвы с французами, а потом Великая Отечественная и Смоленск станет городом-героем. И вообще, считается, что именно на территории Смоленска найдена самая старая наша надпись.

А во-вторых почему эта картина для меня не о том, что нарисовано (написано), так это то, что рядовому нашему российскому гражданину (по себе сужу) приходится объяснять почти все. Кто такой Матейко, кто такой Станчик, почему именно этот сюжет взят и так далее. Полное отсутствие контекста в голове. (Это, кстати, еще говорит и о том, что никто и не смотрит искусство вне контекста. Не бывает картин и стихотворений самих по себе. Вся «красота», весь «хороший вкус», все «стили» - это только контекст.)

Начну с Матейко. К XIX веку Польшу окончательно разделили между собой Россия, Австрия и Германия. Ян Матейко родился в 1838 году в Кракове, почти всю жизнь прожил в Кракове. Краков попал в Австрию, но Матейко короткое время обучался в Мюнхене. Мюнхен в то время был точкой притяжения многих художников из разных стран Восточной Европы. А вот Варшавские художники тяготели к Петербургской Академии Художеств. Сначала считал, что его призвание – религиозная живопись. Но после поражения польского восстания в 1863 – 1864 гг. окончательно посвятил себя живописи исторической. У него очень много картин, посвященных ключевым моментам польской истории. Причем очень часто это огромные картины, как, например, Грюнвальдская битва в Варшавском Национальном музее. Сейчас очень жалею, что мы не зашли в Королевский дворец в Варшаве, где висит картина «Стефан Баторий под Псковом», интересно было бы сравнить ее с картиной Брюллова в Третьяковке: с разных сторон об одном и том же.

Уже при жизни он получил большую известность. Многие из своих картин он дарил И польскому народу и друзьям, которые, кстати, были весьма богаты. В Варшавском национальном музее он единственный художник, у которого есть свой зал. В Кракове есть дом-музей Матейко (увы, там тоже не были).

Теперь о Станчике. Это королевский шут в Польше в XVI веке. При этом, мне так до конца и непонятно, насколько он существовал в реальности. По всей видимости существовал, но вот многие мысли ему, скорее всего, приписали польские писатели тех же времен, в первую очередь Ян Кохановский (первый великий польский поэт, 1530 – 1584) и Клеменса Яницкого (1516 – 1543). У Яницкого в 1542 году Станчик и появился первый раз в литературе как герой сатирического произведения «Диалог против разнообразия и изменчивости польских костюмов». В XIX веке образ Станчика стал снова и популярным и актуальным. Все вокруг рушится (см на комету в окне), король и королева весело танцуют на ночном балу (и какая разница, что в тот год у Польши была другая королева?), и только Станчик, королевский шут понимает, что с этого момента начинается разрушение Речи Посполитой и Польши. (В Австрийской части Польши даже появится в XIX веке политическое движение «Станчики», которое, как ни странно, будет выступать за примирение с австрийским императором, против национально-освободительного движения, консерваторы, в общем, были.)

В год создания картины Яну Матейко будет всего-навсего 24 года. В образе Станчика художник нарисовал себя. У Станчика лицо Матейко. Он еще несколько раз на картинах будет изображать Станчика и всегда у шута будет лицо художника.

Обещанная ссылка:
http://fon-eichwald.livejournal.com/117727.html

Collapse )